Диссертация Национальная специфика лексико-семантических полей “Средства передвижения” в русском и английском языках

2,999.99руб.

Национальная специфика лексико-семантических полей “Средства передвижения” в русском и английском языках
Специальность 10.02.19 – общее языкознание, психолингвистика, социолингвистика
Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук

Описание

Национальная специфика лексико-семантических полей “Средства передвижения” в русском и английском языках
Специальность 10.02.19 – общее языкознание, психолингвистика, социолингвистика
Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук

С О Д Е Р Ж А Н И Е

Введение с. 2
Глава 1. Лексико-семантическое поле “Средства передвижения” в русском языке
1. Структура поля с.15
2. Семная структура единиц поля с. 23
3. Зонная организация поля с. 25
4. Лексические единицы поля в тексте с. 29
Глава 2. Лексико-семантическое поле “Средства передвижения” в английском языке
1. Структура поля с. 78
2. Семная структура единиц поля с. 89
3. Зонная организация поля с. 91
4. Лексические единицы поля в тексте с. 99
Глава 3. Национальная специфика лексико-семантических полей “Средства передвижения” в русском и английском языках с. 116
Заключение с. 137
Список использованной литературы с. 145
Список использованных словарей с. 154
Список источников исследования с. 155
Приложения с. 157

Введение

Достижением лингвистики 20 века является представление о языке как системе и лексическом значении как структуре. Идея о лексическом значении как структуре впервые была высказана Л.Ельмслевом, который писал о возможности разложения значений как единиц плана содержания на фигуры — составляющие элементы, не имеющие коррелятов в плане выражения.
Идея структурности значения и разработка коммуникативного подхода к значению слова потребовали расширения имеющихся представлений об объеме значения слова. Так называемый дифференциальный принцип выделения компонентов значения приводит к созданию дифференциальной модели значения, предполагающей, что значение состоит из небольшого числа компонентов, выявившихся в системных парадигматических оппозициях. Эта модель, являющаяся подтверждением гипотезы о структурной членимости значения, на современном уровне развития семасиологии является недостаточной, поскольку обнаруживается несводимость реально функционирующего, “речевого” значения к небольшому количеству семантических компонентов.
Альтернативный подход включает в понятие значения все семантические признаки, выделяющиеся в слове, — ядерные и периферийные. Необходимость перехода к интегральной семасиологии была обоснована исследованиями в разных сферах теоретической и прикладной лингвистики, основанными, в свою очередь, на понимании значения как отражательного явления. Отражательная концепция значения предполагает, что в значении отражается широкий круг признаков, более или менее существенных, проявляющихся у предмета в разных ситуациях.
Большую важность имеет вопрос о том, какое значение подлежит описанию в лингвистике. В его решении следует ориентироваться на значения, представленные в психике носителей языка: “Семантические компоненты, их набор и толкование не должны переходить грань восприятия среднего носителя языка, так как в противном случае утрачивается сама цель данного описания, ориентированного прежде всего на человека-носителя языка и пользователя языком” (Караулов 1976, 183). Описанию в лингвистике подлежит системное или общеязыковое значение, под которым “следует понимать совпадающую часть семантических компетенций всех носителей языка”, не исключая научных и бытовых знаний, в той степени, насколько они общеизвестны (Стернин 1985, 32). Именно это значение обеспечивает взаимопонимание между носителями языка в процессе коммуникации.
Понимание языка как системы в современной лингвистике конкретизируется в концепции полевой модели языка. В современной лингвистике поле понимается как “совокупность языковых (главным образом лексических) единиц, объединенных общностью содержания (иногда также общностью формальных показателей) и отражающих понятийное, предметное сходство обозначаемых явлений” (Лингвистический энциклопедический словарь, 380).
Ценность полевой концепции в том, что она может быть применена в качестве общего приема анализа языковых явлений и категорий, в том числе и лексического значения слова.
Главными положениями полевой концепции языка применительно к категории лексического значения слова являются следующие:
1. Значение представляет собой систему компонентов — сем.
2. Совокупность сем образует единую функциональную языковую единицу — семему.
3. В структуре значения выделяются макроэлементы — денотативный и коннотативный, в ряде значений и другие; отдельные макроэлементы имеют полевую структуру.
4. В значении выделяются ядерные и периферийные семы.
5. Ядро значения образуют постоянные, существенные, яркие, частотные семы.
6. Ядерные семы составляют основу парадигм, противопоставляя значение другим значениям в системе языка; периферийные семы дополняют ядро и в значительной степени обуславливают семантическое развитие слова и его коммуникативное варьирование.
7. Граница между ядрами и периферией значения размыта, имеется ближняя, дальняя и крайняя периферия значения.
8. Семы в составе одного значения повторяются и в других значениях, ядерные семы в одном значении могут быть периферийными в другом.
9. Значения могут различаться лишь некоторыми семами, совпадая по другим семам (синонимы, антонимы, гипо-гиперонимы) (Стернин 1985, 39).
Применительно к лексикону полевая концепция проявляется прежде всего в организации лексики по принципу ядра и периферии, а также в вычленении в нем лексико-семантических группировок различных типов, образующих определенную иерархию. Лексико-семантическое поле (ЛСП) основано на внеязыковых связях денотатов, элементы его не являются взаимозаменяемыми, а идентификатор поля чаще всего представляет собой искусственное словосочетание, находящееся за рамками поля. Лексико-семантическое поле выделяется по одной общей семе, включает слова одной части речи.
Лексико-семантическая группа (ЛСГ) основана на внутриязыковых связях слов, ее доминантой выступает слово, которое входит в состав группы. Отдельные единицы могут находиться с идентификатором в отношениях синонимии. ЛСГ выделяется по нескольким общим семам, включает единицы одной части речи (Полевые структуры в системе языка, 32-33). Лексико-семантическое микрополе представляет собой единицу одного уровня с ЛСГ, оно структурировано по принципу лексико-семантического поля.
Синонимический ряд может образовываться на уровне ЛСГ или входить в нее как составляющая микроструктура.
Наиболее изученными среди полевых образований являются лексико-семантические группы, для которых характерна полевая организация. В ядре ЛСГ обычно находятся высокочастотные, стилистически и функционально нейтральные единицы, относящиеся к данной ЛСГ по своему единственному или основному значению. К ближней периферии ЛСГ относятся лексемы менее частотные, как правило, однозначные, конкретные по значению, в минимальной степени зависящие от контекста (или не зависящие совсем). Дальнюю периферию образуют лексемы низкочастотные, многозначные, имеющие яркие значения, принадлежащие к другим ЛСГ, имеющие обычно одну ограничивающую употребление функциональную сему, семантически зависимые от контекста. Крайняя периферия ЛСГ представлена лексемами с крайне низкой частотностью, имеющими ряд ограничивающих употребление сем. По ядерной архисеме такая лексема входит в другую ЛСГ, а в данную входит по периферийной семе. Часто такие единицы оказываются в сильной зависимости от контекста. Аналогичную организацию имеет и лексико-семантическое микрополе.
Семема имеет полевую структуру. К ядру семемы принадлежат основные, постоянные, эксплицитные, яркие семы, а к периферии наоборот — второстепенные, вероятностные, слабые. Подобная структурированность и сложность семантики дает основание сравнить значение слова с некоторыми табло, на котором зажглась лишь часть клеток, а другая осталась невключенной. Эти клетки — неактуализованные семы — могут быть использованы как пространство для дальнейшего семантического развития.
Ядерные семы составляют основу семемы, они дают возможность семеме вступать в системные отношения с другими семемами в лексической системе языка. За счет периферийных сем обеспечиваются номинативные потенции семемы и экспрессивность словоупотребления. Ядерные семы лексических значений выявляются посредством анализа словарных дефиниций, периферийные же семы выявляются преимущественно анализом контекстов употребления слов.
Ядерные семы в структуре лексического значения обусловлены, как правило, самой отражаемой в значении внеязыковой действительностью, в то время как периферийные семы, будучи также зависимыми от внеязыковой действительности, испытывают влияние и других факторов. Периферийные семы могут возникать на основе регулярной совместной воспроизводимости слова с другими словами, реализующейся в “регулярно воспроизводимом словосочетании (в широком смысле этого термина)” (Полевые структуры в системе языка, 162). Результатом вхождения слова в регулярно цитируемое сочетание является семантическое приращение слова, которое выступает в качестве периферийной семы.
Для описания значения необходимо понятие актуального смысла слова-совокупности коммуникативно релевантных сем в конкретном акте речи. Актуализация понимается как соотнесение значения с реальным единичным предметом или представлением. Таким образом, формирование определенного актуального смысла обусловлено включением слова в коммуникативный акт. Коммуникативная ситуация может рассматриваться как контекст в широком смысле слова. “Образование актуального смысла слова представляет собой контекстуально обусловленное семное варьирование значения, которое заключается в актуализации коммуникативно релевантных компонентов системного значения слова” (Стернин 1985, 106).
При семном варьировании значения происходят различные семные процессы: актуализация семы, усиление/ослабление семы, расщепление, модификация, конкретизация, поддержание, наведение сем.
И.Трир ввел понятие семантического поля “для объяснения того факта, что значения лексических элементов определяются лишь на основе их сходства с одними релевантными единицами и отличия от других элементов”, и определение поля в терминах семантических компонентов способствует точному указанию на организацию определенных полей и отношения между их членами (НЗЛ, вып. 10. Лингвистическая семантика, 182). Уточнение и спецификация понятия “поле” выявили что:
1) семантические поля не разделены жесткими преградами и часто взаимодействуют друг с другом,
2) обнаруживают сферы притяжения и отталкивания, обусловленные наличием общих и дифференциальных признаков,
3) в них выделяются центральные и периферийные области, причем центр выражает сущность всего семантического комплекса,
4) в периферийных областях образуются зоны “возмущения” вследствие значительного ослабления смысловых связей, что приводит к отрыву отдельных элементов поля или вхождению их параллельно в другие поля.
Представляет большой интерес исследование национальной специфики полевых образований, в первую очередь – семем и лексико-семантических полей как с точки зрения структуры, так и с точки зрения функционирования в языке. Для выявления национальной специфики лексической группировки и отдельных входящих в нее единиц используется сопоставительный (контрастивный) анализ двух языков – английского и русского.
В 1987 году В.П.Нерознак предложил свое видение контрастивной (или сопоставительной) лингвистики: “Контрастивная или сопоставительная лингвистика в качестве основного методического инструмента анализа языкового материала использует метод типологического синхронного сравнения (сопоставления). Однако в отличие от типологии и характерологии контрастивная лингвистика имеет дело с попарным сопоставлением языковых систем (структур) на всех уровнях вне зависимости от генетической или типологической принадлежности сопоставляемых языков с целью выявления их структурных и функциональных особенностей, сходств и различий (контрастов)” (Нерознак,
15-6).
Идея контрастивной лингвистики в то время была не новой. Как писал К.Джеймс (Джеймс), контрастивный анализ был разработан структуралистами Фризом и Ладо в 1945 и 1957 гг. соответственно. В середине 60-х годов на Западе предпринимались усилия по координации контрастивных исследований, и, хотя В.П.Нерознак справедливо отмечал отсутствие единомыслия в определении исходной методической базы исследований, достижения зарубежных лингвистов дали возможность В.Г.Гаку представить контрастивную лингвистику “как уже сложившуюся науку со своими целями, объектом, методами анализа” (НЗЛ, вып.25. Контрастивная лингвистика, 17).
Иногда сопоставительную и контрастивную лингвистику разграничивают: “Сопоставительная лексикология изучает микросистемы, контрастивная — лексические соответствия отдельных единиц; сопоставительная лексикология — теоретическая наука, контрастивная лексикология — прикладная. Контрастивная семасиология всегда изучает один язык на фоне другого, поэтому правомерно говорить о контрастивной семасиологии русского, немецкого и т.д. языков (на фоне других языков); сопоставительная семасиология в равной мере изучает ряд языков, поэтому все эти языки должны быть указаны (например, сопоставительная семасиология русского, английского, немецкого языков и т.д.)”. (Стернин 1985, 109 — 110). Сопоставительная лексикология — теоретическое направление, исследующее одноименные микросистемы в разных языках, что затрудняет применение результатов исследований на практике: сложно удерживать в поле зрения две микросистемы. Поэтому результаты контрастивного анализа лексики предпочтительнее в лингводидактических целях.
Тесная связь лингвострановедения и контрастивной лингвистики обусловила задачу последней — “сравнить лингвистические описания, выполненные в рамках одной и той же лексикологической традиции, той лексической компетенции, которая непременно имеется у говорящих на двух рассматриваемых языках” (Джеймс, 292).
Целями контрастивной лингвистики являются описание языков в рамках типологического исследования, перевод и преподавание языка. Ее объектом служат единицы любого уровня языка, с одной стороны, и два, три и более языка, с другой. Контрастивные исследования предполагают использование контекстуально-функционального анализа (качественного и количественного) и компонентного анализа. Компонентный анализ позволяет отделить общее от национально-языкового, обязательные элементы высказывания, необходимые для точного описания ситуации, от избыточных элементов, употребление которых обусловлено лишь системой данного языка” (НЗЛ, вып.25. Контрастивная лингвистика, 14).
Целью нашего исследования является выявление и описание национальной специфики семантики лексико-семантических полей “Средства передвижения” в русском и английском языках.
Актуальность исследования определяется недостаточной разработанностью вопроса о принципах и аспектах описания национальной специфики лексико-семантического поля и его компонентов, а также отсутствием практических исследований поля “Средства передвижения” в разных языках.
Научная новизна работы заключается в следующем:
— разработана модель описания национальной специфики лексико-семантического поля;
— описана национальная специфика лексико-семантических полей “Средства передвижения” в русском и английском языках.
Предметом нашего исследования является национальная специфика лексико-семантического поля.
Задачами исследования являются:
1) разработка принципов и модели описания национальной специфики лексико-семантического поля;
2) определение состава полей, включающих наименования средств передвижения, и их структуры в русском и английском языках;
3) выявление национальной специфики структуры и полевой организации исследуемых полей;
4) определение семного состава лексем-компонентов полей в сравниваемых языках;
5) сопоставление семных структур единиц сравниваемых языков, выявление совпадающих и национально-специфических семантических компонентов;
6) установление национальной специфики ядерных и периферийных семантических компонентов в актуализации значений исследуемых единиц.
Материалом послужили наименования средств передвижения в русском и английском языках. Были проанализированы тексты художественной литературы и газетно-журнальные публикации 60-90 годов ХХ века, взятые из оригинальных источников, изданных в СССР (России), США и Великобритании. Общий объем выборки составил по 5 млн словоупотреблений в русском и английском языках.
На защиту выносятся следующие положения:
1. Лексико-семантическое поле как вид лексической группировки обладает национальной спецификой, выявляющейся в сопоставлении с аналогичной группировкой в другом языке.
2. Возможна разработка модели описания национальной специфики лексической группировки, которая позволит комплексно представить проявления национальной специфики каждого из языков.
3. Параметрами, образующими теоретическую модель описания национальной специфики семантики лексической группировки, являются: 1) количество единиц поля; 2) степень эквивалентности структурной организации полей; 3) количество лексико-семантических групп / лексико-семантических микрополей в структуре поля; 4) наличие слов, не образующих группировки; 5) семантические признаки, лежащие в основе семной структурации поля; 6) набор дифференциальных сем единиц поля; 7) объем коммуникативно релевантной лексики; 8) коммуникативная активность ядра и периферии семантики лексических единиц.
4. По всем параметрам сопоставления, кроме параметра “набор семантических признаков”, в исследуемом материале обнаруживается национальная специфика.
5. Яркость проявляющейся национальной специфики различается по отдельным параметрам сопоставления. Наиболее яркая национальная специфика выявляется в рамках параметров: “количество единиц поля”, “количество лексико-семантических групп / лексико-семантических микрополей в структуре поля”, “набор дифференциальных сем единиц поля”, “объем коммуникативно релевантной лексики”, “коммуникативная активность ядра и периферии семантики лексических единиц”. По остальным параметрам национальная специфика представлена менее ярко.

Список использованной литературы

Алимпиева Р.В. Семантическая значимость слова и структура ЛСГ. – Л., изд-во ЛГУ, 1986.
Апресян Ю.Д. Лексическая семантика. – М., 1974.
Аракин В.Д. Сравнительная типология английского и русского языков. – Л., 1979. – 250 с.
Арнольд И.В. Потенциальные и скрытые семы и их актуализация в английском художественном тексте // Иностр. яз. в шк. – 1979. — №5. — С. 10-14.
Арнольд И.В. Стилистика современного английского языка. — М., 1981.
Аспекты лексического значения. — Воронеж, изд-во ВГУ, 1982.
Балли Ш. Общая лингвистика и вопросы французского языка. – М., 1955.
Бауш К.-Р. Сравнительное языкознание, прикладная лингвистика и перевод // Вопросы теории и перевода в зарубежной лингвистике. — М., Международные отношения, 1978. – С. 55-69.
Белкин С.В. К проблеме межъязыковой национально-культурной эквивалентности // Русское слово в лингвострановедческом аспекте. — Воронеж, изд-во ВГУ, 1987. – С. 147-155.
Бенвенист Э. Общая лингвистика. – М., 1974.
Бережан С.Г. Значение сопоставительного изучения лексики // Сопоставительная лингвистика и обучение неродному языку. – М., 1987. – С. 53-64.
Бендикс Э. Эмпирическая база семантического описания // Новое в зарубежной лингвистике. – М., Прогресс, 1983. – ( Вып. 14. Проблемы и методы лексикографии).
Бондарко А.В. Грамматическое значение и смысл. — Л., 1978.
Бондарко А.В. Принципы функциональной грамматики и вопросы аспектологии. — Л., 1983.
Бондарко А.В. Функциональная грамматика. – Л., 1984.
Верещагин Е.М., Костомаров В.Г. Лингвострановедческая теория слова. — М., 1980.
Верещагин Е.М., Костомаров В.Г. Язык и культура. — М., 1983.
Виноградов В.В. Лексикология и лексикография. — М., 1977.
Вопросы сопоставительной аспектологии. — Л., 1978.
Гак В.К. Сопоставительная лексикология (на материале французского и русского языков). – М., 1977.
Гак В.К. Сравнительная типология французского и русского языков. — М., 1977. – 300 с.
Гак В.К. Об универсальных закономерностях контрастивного анализа языков // Типы языковых общностей и методы их изучения. — М., 1984.
Гак В.К. К проблеме сопоставительно-типологического анализа речевого акта и текста // Сопоставительная лингвистика и обучение неродному языку. — М., 1987. – С. 37-48.
Гак В.К. О контрастивной лингвистике // Новое в зарубежной лингвистике. – М., Прогресс, 1989. — С. 5-17. — (Вып. 25. Контрастивная лингвистика).
Гинзбург Р.С. Значение слова и методика компонентного анализа // Иностр. яз. в шк. – 1978. — №5. — С. 21-26.
Городецкий Б.Ю. Проблемы и методы современной лексикографии // Новое в зарубежной лингвистике. – М., Прогресс, 1983. – С. 5-25. (Вып. 14. Проблемы и методы лексикографии).
ван Дейк Т.А. Язык. Познание. Коммуникация. – М., Прогресс, 1989.
Джеймс К. Контрастивный анализ // Новое в зарубежной лингвистике. – М., Прогресс, 1989. — С. 205-306. — (Вып. 25. Контрастивная лингвистика).
Долгих Н.Г. Теория семантического поля на современном этапе развития семасиологии // Филологические науки. – 1973. — №1. – С. 89-98.
Дубяго А.И. Место и значение смысловых изменений лексики в публицистике второй половины 19 века // Семантика русского языка в диахронии. – Калининград, 1994. – С.52–59.
Ермакова О.П. Семантические процессы в лексике // Русский язык конца ХХ столетия (1985-1995). – М., 1996. – С.32–36.
Заварзина Г.А. Семантические трансформации в лексике русского языка 80–90 годов XX века и их отражение в толковых словарях // Известия Воронеж. пед. ун–та. Т.246. Русский язык: Сб. научн. трудов. – Воронеж: Изд–во пед. ун–та, 1997. – С.29–32.
Загоровская О.В. Изменения в лексическом составе русского языка последних десятилетий ХХ века и словари // Культура общения и ее формирование. Мат-лы третьей региональной научно-методической конференции по преподаванию культуры общения в школе и вузе. – Воронеж: ВИПКРО, 1996. – С. 46-47.
Загоровская О.В. Состояние русского языка на исходе XX века (лингвистический и культурологический аспекты) // Известия Воронеж. пед. ун–та. Т.246. Русский язык: Сб. научн. трудов. – Воронеж: Изд–во пед. ун–та, 1997. – С.5–10.
Звегинцев В.А. История языкознания ХIХ — ХХ веков в очерках и извлечениях. Часть 2. – М., 1965. – С. 106-110.
Какорина Е.В. Трансформация лексической семантики и сочетаемости (на материале языка газет) // Русский язык конца ХХ столетия (1985-1995). – М.: Языки русской культуры, 1996. – С.67–89.
Караулов Ю.Н. Общая и русская идеография. — М., 1976.
Караулов Ю.Н. Лингвистическое конструирование и тезаурус литературного языка. — М., 1981.
Караулов Ю.Н. О некоторых особенностях современного состояния русского языка и науки о нем // Русистика сегодня. – 1995. – № 1. – С.5–23.
Касарес Х. Введение в современную лексикографию. — М., 1958.
Кацнельсон С.Д. Содержание слова, значение и обозначение. – М.-Л., 1965.
Колшанский Г.В. Контекстная семантика. — М, 1980.
Комлев Н.Г. Компоненты содержательной структуры слова. — М., 1969.
Комлев Н.Г. Слово в речи: денотативные аспекты. — М., 1992.
Контрастивная лингвистика. — Калинин, 1983.
Костомаров В.Г. Языковой вкус эпохи. Из наблюдений над речевой практикой масс–медиа. – М.: Педагогика–Пресс, 1994. – 248 с.
Крысин Л.П. Путч, бунт и другие // Русский язык. – 1992. – № 2. – С.106–108.
Крысин Л.П. Языковое заимствование: взаимодействие внутренних и внешних факторов (на материале русского языка современности) // Русистика сегодня. – 1995. – № 1. – С.117–134.
Кузнецов А.М. Структурно-семантические параметры в лексике. — М., 1980.
Кузнецов А.М. От компонентного анализа к компонентному синтезу. — М., 1986.
Кузнецов А.М. Основания для сравнения в контрастивной семасиологии // Методы сопоставительного изучения языков. — М., 1988. – С. 37-43.
Ладо Р. Лингвистика поверх границ культур // Новое в зарубежной лингвистике. – М., Прогресс, 1989. – С. 32-62. – (Вып. 25. Контрастивная лингвистика).
Лингвистический энциклопедический словарь. — М., Советская энциклопедия, 1990.
Листрова-Правда Ю.Т. Выявление национально-культурной семантики номинативных языковых единиц // Русское слово в лингвострановедческом аспекте. — Воронеж, изд-во ВГУ, 1987.
Мокиенко В.М. Сопоставление в теории и практике преподавания русского языка как иностранного // Русский язык за рубежом. – 1987. — №5. — С. 54-60.
Морковкин В.В. Антопоцентрический versus лингвоцентрический подход к лексикографированию // Национальная специфика языка и ее отражение в нормативном словаре. — М., 1988. – С. 131-136.
Муравьев В.Л. О языковых лакунах // Иностр. яз. в шк. – 1971. — №1.
Муравьев В.Л. Лексические лакуны. — Владимир, 1975.
Найда Ю. Процедуры анализа компонентной структуры референционного значения // Новое в зарубежной лингвистике. — М., Прогресс, 1983. – (Вып. 14. Проблемы и методы лексикографии).
Нерознак В.П. О трех подходах к изучению языков в рамках синхронного сравнения // Сопоставительная лингвистика и обучение неродному языку. — М., 1987. – С. 5-26.
Никитин М.В. Лексическое значение слова. – М., 1983.
Новое в зарубежной лингвистике. – М., Прогресс, 1981. — (Вып. 10. Лингвистическая семантика).
Новое в зарубежной лингвистике. – М., Прогресс, 1989. – (Вып. 23. Когнитивная лингвистика).
Полевые структуры в системе языка. — Воронеж, изд-во ВГУ, 1989.
Полуэктов В.Н. Экстралингвистические факторы отбора и функционирования единиц лексического поля «Внешняя политика» (на материале прессы СССР и Германии 1982–1991 гг.): Автореф. дис… канд. филол. наук. – Саратов, 1991. – 25с.
Попова З.Д., Стернин И.А. Лексическая система языка. — Воронеж, изд-во ВГУ, 1984.
Принципы и методы семантических исследований. — М., Наука, 1976.
Принципы описания языков мира. – М., 1976.
Пшеничная Л.Э. Тезаурус в документальной ИПС. — Киев, 1977.
Русский язык конца XX столетия (1985–1995) / Отв. ред. Е.А.Земская. – М.: Языки русской культуры, 1996. – 480 с.
Семантическая общность национальных языковых систем. — Воронеж, изд-во ВГУ, 1986.
Солнцев В.М. Язык как системно-структурное образование. — М., 1971.
Сопоставительно-семантические исследования русского языка. — Воронеж, изд-во ВГУ, 1979.
Сопоставительно-семантические исследования русского языка. — Воронеж, изд-во ВГУ, 1980.
Степанова М.Д. Вопросы компонентного анализа в лексике // Иностр. яз. в шк. – 1966. — №5.
Стернин И.А. Лексическое значение слова в речи. — Воронеж, изд-во ВГУ, 1985.
Стернин И.А. Структурная семасиология и лингводидактика // Русское слово в лингвострановедческом аспекте. — Воронеж, ид-во ВГУ, 1987. – С. 104-120.
Стернин И.А., Харитонова Б. Типы русско-немецких лексических соответствий // Контрастивные исследования русского и немецкого языков. — Воронеж, изд-во ВГУ, 1986. — С. 8-17.
Стернин И.А. Активные процессы в русской речи и общении 90-х годов // Современная языковая ситуация и совершенствование подготовки учителей-словесников. – Часть 1. – Воронеж: Изд-во Воронежского пед. ун-та, 1995. – С. 49-50.
Стернин И.А. Общественно–политические процессы в России и изменения в русском языке и общении // Современная языковая ситуация и совершенствование подготовки учителей–словесников. Материалы научно–методической конференции. – Часть 2. – Воронеж: Изд–во Воронеж. ун–та, 1996. – С.84–85.
Стернин И.А. Социальные процессы в России и изменения в русском языке // Известия Воронежского пед. ун–та. Т.246. Русский язык: Сб. научн. трудов. – Воронеж: Изд–во пед. ун–та, 1997. – С.11–16.
Сятковский С. Основные принципы сопоставительного анализа языков // Русский язык за рубежом. – 1976. — №4. — С. 69-77.
Уфимцева А.А. Слово в лексико-семантической системе языка. — М., 1968.
Уфимцева А.А. Лексическое значение. — М., 1986.
Филин Ф.П. Очерки по теории языкознания. – М., 1982.
Филлмор Ч. Об организации семантической информации в словаре // Новое в зарубежной лингвистике. – М., Прогресс, 1983. – (Вып. 14. Проблемы и методы лексикографии).
Флекенштайн К. Вопросы сопоставительного изучения фразеологии русского и немецкого языков // Контрастивные исследования русского и немецкого языков. — Воронеж, изд-во ВГУ, 1986. – С. 67-72.
Уоллес Л. Чейф. Значение и структура языка. – М., 1975.
Харитончик З.А. Способы концептуальной организации знаний в лексике языка // Язык и структуры преставления знаний. – М., 1992. – С. 98-123.
Швейцер А.Д. Контрастивная стилистика. Газетно-публицистический стиль в английском и русском языках. – М., 1993. – 293 с.
Шехтман Н.А. Концептуальная структура слова и контекст // Лексические и грамматические компоненты в семантике языкового знака. — Воронеж, изд-во ВГУ, 1983. – С. 5-10.
Шмелев Д.Н. Проблемы семантического анализа лексики. — М., 1973.
Шмелева Т.В. Словарь одного события // Русская речь. – 1992. – № 4. – С.67–69.
Щур Г.С. Теории поля в лингвистике. — М., 1974.
Ярцева В.Н. Контрастивная грамматика. — М., 1981.
Ipsen G. Der Alte Orient und die Indogermanen // Stand und Aufgaben der Sprachwissenschaft. — Heidelberg, 1924.
Trier J. Der deutsche Wortschatz im Sinnbezirk des Verstandes / Die Geschichte eines sprachliches Fieldes. — Heidelberg, 1931.
Sternin I.A., Fleckenstein Ch. Studien zur kontrastiven Lexikologie und Phraseologie. — Voronez, 1994.

Список использованных словарей
Большой англо-русский словарь под общим руководством И.Р. Гальперина и Э.М. Медниковой. — М., Русский язык, 1987-88.
Ожегов С.И. Словарь русского языка. — М., Русский язык, 1988.
Русско-английский словарь / под ред. Р.С. Даглиша. — М., Русский язык, 1993.
Русско-английский словарь / под общим руководством А.И. Смирницкого. — М., Русский язык, 1987.
Словарь иностранных слов. — М., Русский язык, 1988.
Словарь русского языка АН СССР / под ред. А.П. Евгеньевой. — М., Русский язык, 1981-84.
Советский энциклопедический словарь. — М., Советская энциклопедия, 1989.
Энциклопедический словарь юного техника. — М., Педагогика, 1980.
Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. Тт. 1-4. — М., 1955.
The Concise Oxford Dictionary of Current English. Oxford University Press, 1989.
Longman Dictionary of English Language and Culture. Longman Group UK Limited, 1992.
The Oxford-Duden Pictorial English Dictionary. — M., Russky Yazyk, 1987.
Roget’s International Thesaurus. New York, Thomas Y. Crowell Company, 1960.
Webster’s Encyclopedic Unabridged Dictionary of the English Language. NewYork, Gramercy Books, 1989.

Список источников исследования

Айтматов Ч. И дольше века длится день…- М., Известия, 1986. – 300с.
Безымянный В., Безброш. Тени в лабиринте. — Харьков, Изд-во при ХГУ, 1988. – 200 с.
Дольд-Михайлик Ю.П. И один в поле воин. — Екатеринбург, АО “Посылторг”, 1994. – 200 с.
Доценко В. Возвращение Бешеного. – М., Вагриус, 1994. – 526 с.
Жванецкий М. Жизнь моя, побудь со мной! // Аврора – 1987. — №4-6; 1988. — №9,10; 1989. — №11,12; 1991. — №1,2.
Задорнов М., Измайлов Л. Конец света, или хорошее настроение. — М., Объединение “Всесоюзный молодежный книжный центр”, 1993. – 260 с.
Искандер Ф. Праздник ожидания праздника. — М., Молодая гвардия, 1986. – 360 с.
Козлов Ю. Одиночество вещей // Москва – 1992. — №9-10, 11-12.
Корецкий Д. Ментовская работа. — М., ЭКСМО, 1996. – 400 с.
Корецкий Д. Опер по прозвищу “Старик”. — М., ЭКСМО, 1995. – 400 с.
Незаконченное прошлое: Из жизни кинематографа. — М., Современник, 1988. – 300 с.
Николаев Г. Стон амебы // Нева – 1996. — №4,5.
Прусов Г. Никто не ждет // Нева – 1996. — №5.
Семенов Ю. Противостояние. — М., МИКАП, 1993. – 350 с.
Скобелев Э. Катастрофа. — М., Советский писатель, 1989. – 400 с.
Созонова А. Если Ты есть // Нева – 1996. — №7.
Andrews, Virginia. If There Be Thorns. Fontana/Collins, 1989.
le Carre, John. A Perfect Spy. Coronet Books/Hodder and Stoughton, 1987.
French, Marilyn. The Women’s Room. ABACUS, Sphere Books Ltd, 1977.
James, L. Dean. Sorcerer’s Stone. TSR, Inc., 1991.
King, Stephen. Pet Sematary. Signet, 1994.
Patrick, Vincent. Family Business. New York: Pocket Books, 1989.
Sebastian, Tim. Spy Shadow. Bantam Books, 1990.
Wilson, Forrest. Super Gran is Magic. Puffin Books, 1985.
Zahn, Timothy. Cobra Strike. New York: Baen Books, 1986.
Газеты “Известия”, “Комсомольская правда”, “Правда”,“Сегодня”, “Советская Россия”, “Труд”, вышедшие в 1995-1997 годах.
Журналы “Вокруг света”, “Магазин”, “Наука и жизнь”, вышедшие в 1996-1997 годах.
Газеты “Morning Star”, “People’s Daily World”, “The People”, “The Times”, вышедшие в 1987-1995 годах.
Журналы “Economist”, “Time”, вышедшие в 1990-1997 годах.

2 отзыва на Диссертация Национальная специфика лексико-семантических полей “Средства передвижения” в русском и английском языках

  1. Оценка 5 из 5

    Даниил

    Работу я получил отличную! мне написали ее в срок и все недочеты устранили быстро, спасибо вам огромное.

  2. Оценка 4 из 5

    Иван

    мне очень понравилась компания Магистр. написали мне отличную дипломную работу. было не стыдно нести показывать преподавателю. работу согласовали. преподаватель вынесла некоторые замечания, устранили их достаточно быстро. на защиту я шел уверенно в себе. работа просто отличная, материалы к защите меня тоже очень выручили. вся комиссия была увлечена презентацией и вопросов мне не задавали) я очень доволен работой, защитой и за все благодарен компании Магистр! действительно не обманули и проделали хорошую работу.

Добавить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *